14 мая в стенах МБУК «Роговская библиотека» состоялся литературный час «М. А. Булгаков: время и его герои», приуроченный к 135-летию со дня рождения великого русского писателя.
Мероприятие, собравшее широкий круг почитателей классической литературы, прошло в формате открытого диалога у персональной книжной выставки «Мастер и его творения». Библиотекари подготовили содержательный экскурс в биографию писателя, сделав акцент на переломных моментах истории страны, которые формировали его характер и мировоззрение — от эпохи Гражданской войны до первых лет советской власти. Гости мероприятия смогли проследить, как личный опыт врача, драматурга и отчаянного мистика превращался в бессмертные сюжеты. Особый интерес у аудитории вызвала дискуссия о «зашифрованных» смыслах романа «Мастер и Маргарита» и философской глубине «Собачьего сердца». В центре обсуждения оказались не только герои произведений, но и сам автор, сумевший сохранить внутреннюю свободу несмотря на сложную судьбу.
Булгаков — это тот случай, когда классика не стареет. Сегодня мы старались показать, что его книги — это не советский раритет, а живой, дышащий текст вне времени.
Мероприятие, собравшее широкий круг почитателей классической литературы, прошло в формате открытого диалога у персональной книжной выставки «Мастер и его творения». Библиотекари подготовили содержательный экскурс в биографию писателя, сделав акцент на переломных моментах истории страны, которые формировали его характер и мировоззрение — от эпохи Гражданской войны до первых лет советской власти. Гости мероприятия смогли проследить, как личный опыт врача, драматурга и отчаянного мистика превращался в бессмертные сюжеты. Особый интерес у аудитории вызвала дискуссия о «зашифрованных» смыслах романа «Мастер и Маргарита» и философской глубине «Собачьего сердца». В центре обсуждения оказались не только герои произведений, но и сам автор, сумевший сохранить внутреннюю свободу несмотря на сложную судьбу.
Булгаков — это тот случай, когда классика не стареет. Сегодня мы старались показать, что его книги — это не советский раритет, а живой, дышащий текст вне времени.
